Отравленная любовь (2024) <(, Люксембург) смотреть онлайн

Лукас и Эдит не виделись целых десять лет. Последний раз они стояли рядом у маленькой белой могилы, когда хоронили Джейкоба. Тогда слова кончились ещё до того, как опустили гроб. С тех пор каждый жил своей болью, не пересекаясь даже случайно.

Теперь они снова оказались на том же кладбище. Только в этот раз не для прощания, а для совсем другой процедуры. Пришло официальное письмо: из-за аварии на старом химическом заводе в почву просочились ядовитые вещества. Могилу Джейкоба решили вскрыть и перенести останки в безопасное место. Лукасу и Эдит назначили одно и то же время. Приехать, встретиться со смотрителем, подписать бумаги. Вот и всё, что требовалось.

Они приехали почти одновременно. Лукас остановил машину у старых ворот, вышел и сразу увидел её. Эдит стояла чуть дальше, у той самой аллеи, в длинном сером пальто. Волосы стали короче, но он узнал бы её по одному движению плеч. Она тоже заметила его. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга через мокрую от дождя дорожку. Ни шагов навстречу, ни слов. Только тишина, которую нарушал только шорох листьев под ногами.

Смотритель опаздывал. Прошло уже больше получаса. Лукас достал телефон — связи почти нет, только одна полоска. Эдит тоже проверяла свой. В итоге оба молча пошли к маленькой будке у входа. Там было пусто. На столе лежала раскрытая тетрадь с записями, рядом кружка с остывшим чаем. Похоже, человек просто ушёл и не собирался возвращаться в ближайшее время.

Они вернулись к могиле. Теперь уже вдвоём стояли у невысокого холмика с потемневшим камнем. Имя Джейкоба читалось с трудом — буквы выцвели, буква «б» почти стёрлась. Лукас присел на корточки, провёл пальцем по холодному граниту. Эдит осталась стоять. Её руки были крепко сцеплены перед собой, будто она боялась, что если разожмёт пальцы, то всё окончательно развалится.

Разговор начался не сразу. Сначала просто короткие фразы. О погоде, о дороге, о том, сколько лет прошло. Потом тишина стала невыносимой, и слова полились сами. Лукас спросил, как она живёт. Эдит ответила, что нормально. Работает, иногда даже улыбается. Но каждый вечер, когда гаснет свет, всё возвращается. Лукас кивнул. У него примерно так же. Только он ещё и пьёт иногда больше, чем следовало бы. Об этом он не сказал, но она, кажется, и без того поняла.

Они говорили о Джейкобе. Не о болезни, не о последних днях в больнице — об этом оба давно научились молчать. Говорили о том, каким он был смешным в три года, как таскал за собой игрушечного слона с оторванным ухом, как однажды ночью залез к ним в кровать и шептал, что боится темноты. Оба улыбнулись почти одновременно. Улыбка вышла кривой, но настоящей.

Дождь снова усилился. Капли стучали по камням, по листьям, по их плечам. Никто не двинулся с места. Смотритель так и не появился. Может, он и не должен был приходить. Может, эта встреча нужна была не для подписания бумаг, а для чего-то другого.

Лукас посмотрел на Эдит. Она больше не отводила взгляд. В её глазах было всё то же, что и десять лет назад — усталость, тоска и что-то очень тёплое, чему так и не нашлось названия. Он протянул руку. Не для объятий, не для утешения. Просто ладонь вверх. Эдит секунду помедлила, а потом положила свою ладонь поверх его. Пальцы холодные, но живые.

Они так и стояли под дождём — двое взрослых людей, которых когда-то связал маленький мальчик, а потом разъединила та же самая потеря. Теперь они снова были рядом. Не муж и жена, не бывшие супруги. Просто Лукас и Эдит. Люди, которые всё ещё помнят, как пахли волосы Джейкоба после ванны.

Где-то вдалеке послышался звук мотора. Кажется, наконец приехал смотритель. Но они не спешили оборачиваться. Ещё несколько минут можно было постоять вот так — держась за руки под холодным мартовским дождём. Пока земля под ногами ещё хранит тепло их сына. Пока есть хоть какая-то ниточка, которая их не отпускает.